Airbus A380: выкрутасы в Нью-Йорке и Москве

Самый большой в мире пассажирский самолет Airbus A380-861 выполнял 10 декабря 2017 года рейс авиакомпании Emirates из Дубая (ОАЭ) в Нью-Йорк/Дж.Ф.К. При выполнении визуального захода к ВПП 13 левой экипаж допустил преждевременное снижение ниже минимальной безопасной высоты. 

Довольно сложная схема захода на посадку предполагает, что при пролете Бруклинского поста Береговой охраны высота самолета должна быть не ниже 1500 футов, которую он должен сохранять до пролета группы зданий высотой 218 футов, и лишь после этого снижаться для выполнения посадки.

Однако экипаж продолжил снижение сразу же после поста Береговой охраны. У диспетчера Вышки сработало предупреждение о малой высоте, и он сообщил об этом экипажу и передал значение давления. Экипаж правильно подтвердил давление, но высота самолета оставалась значительно меньше предписанной. Через 10 секунд диспетчер сообщил экипажу, что самолет находится слишком низко, и попросил сообщить, наблюдают ли пилоты посадочную полосу. Только через 20 секунд после этого экипаж сообщил диспетчеру об уходе на второй круг. Повторный заход на ВПП 22 левую и посадка были выполнены без замечаний.

Сообщения METAR на время события:

KJFK 050051Z 14011KT 10SM OVC035 09/04 A3043 RMK AO2 SLP303 T00940044
KJFK 050151Z 15010KT 10SM BKN037 BKN250 09/04 A3043 RMK AO2 SLP302 T00940044

Следует отметить, что 10 сентября 2017 года с другим самолетом Airbus A380 авиакомпании Emirates аналогичное событие произошло при выполнении захода на посадку в московском аэропорту Домодедово. Интересно, что в России об этом стало известно  от иностранных источников. Явная попытка замолчать происшедшее не удалась. Вот что об этом инциденте сообщал портал avherald.com:  

10 сентября 2017 года самолет Airbus A380-800 авиакомпании Emirates , регистрационные знаки A6-EEZ, выполнял рейс EK-131 из Дубая (Объединенные Арабские Эмираты) в Москву/Домодедово (Россия) с 420 пассажирами и 26 членами экипажа на борту. При выполнении захода к взлетно-посадочной полосе 14 правой в Домодедово, перед входом в зону действия курсового радиомаяка, на удалении около 8 морских миль (14,8 км) до порога взлетно-посадочной полосы самолет снизился примерно до 400 футов (120 м) над уровнем земли, после чего сработало предупреждение системы опасного сближения с землей, и экипаж приступил к выполнению процедуры ухода на второй круг, набирая безопасную высоту прямо по курсу полета, с пересечением посадочного курса.  Впоследствии самолет выполнил заход к ВПП 14 правой и вышел на предпосадочную прямую, однако экипаж на предпринял снижения и в результате самолет снова ушел на второй круг. Самолет снова выполнил заход к ВПП 14 правой и выполнил благополучную посадку через 35 минут после первого ухода на второй круг (с высоты 400 футов). 

Передаваемые самолетным приемеоответчиком данные о местоположении и высоте позволяют предположить, что воздушное судно на момент начала ухода на второй круг следовало курсом, близким к 190° магнитных, и находилось на удалении около 8 морских миль (14,8 км) до порога взлетно-посадочной полосы и на высоте около 1000 футов (300 м) над средним уровнем моря, что соответствует 400 футов над уровнем земли. Превышение аэродрома составляет 592 ф (180 м) над средним уровнем моря. 

В авиакомпании 18 сентября 2017 года представителю The Aviation Herald сообщили, что данное событие расследуется полномочным органом гражданской авиации (GCAA) Объединенных Арабских Эмиратов, и авиакомпания приносит извинения за то, что в связи с проводимым расследованием не может представить никакие подробности. 

GCAA ОАЭ уже направило первый предварительный ответ, в котором говорится, что на вопросы будет отвечать департамент по связям с общественностью. 

19 сентября 2017 года в GCAA сообщили, что ситуация со снижением А380 ниже глиссады при выполнении захода к ВПП 14 правая в аэропорту Москва/Домодедово расценивается, как серьезный инцидент, и расследуется Отделом расследования авиационных происшествий ОАЭ. Пострадавших и повреждений воздушного судна нет.

22 сентября 2017 года GCAA направил другим органам по расследованию авиационных происшествий заявление, в котором говорится: «При выполнении захода на посадку воздушное судно снизилось до 400 футов примерно на удалении 7,5 морских миль, следуя к посадочной полосе и пытаясь захватить сигнал курсо-глиссадной системы для выполнения посадки. Система предупреждения об опасном сближении с землей предупредила пилотов, и экипаж прервал выполнение захода. Повторный заход оказался неудачным и был прерван. Воздушное судно выполнило благополучную посадку после выполнения третьего захода». Данное событие расценено как серьезный инцидент и расследуется Отделом расследования авиационных происшествий ОАЭ. 

Росавиация (российский полномочный орган гражданской авиации) на запрос The Aviation Herald еще не ответила.

В соответствии с сообщением российского новостного агентства Интерфакс, воздушное судно получило разрешение снизиться до 500 метров (примечание AvHerald: ниже абсолютной высоты перехода значения высот передаются диспетчерами в метрах по давлению аэродрома (QFE), выше абсолютной высоты перехода передаются абсолютные высоты в метрах), однако снижалось очень быстро и пересекло назначенную высоту.  

Сообщения METAR на время события:

Metars:

UUDD 101800Z 18004MPS CAVOK 15/11 Q1015 R88/010095 NOSIG
UUDD 101730Z 18004MPS 9999 FEW040 15/12 Q1015 R88/010095 NOSIG

В сообщении о серьезном инциденте в Домодедово есть, на что обратить внимание. В российском воздушном пространстве происходит серьезный инцидент, но о нем сообщает не Росавиация, а новостное агентство. Одна из крупнейших авиакомпаний мира не чурается хоть и протокольно, но ответить известному ресурсу, публикующему сообщения по безопасности полетов. Но не Росавиация. И хотя, по нашим данным, расследование было проведено, никакой официальной информации опубликовано не было. 

Может, данное событие было связано с тем, что весь мир при выполнении взлета и посадки использует установку высотомера на величину давления, приведенного к среднему уровню моря, а Россия — давление аэродрома? Эксперты по безопасности полетов десятилетиями говорят о необходимости перехода на общепринятые мировые стандарты, но наша страна, очевидно, не в силах справиться с не самой сложной задачей. И это несмотря на то, что в Воздушном Кодексе РФ говорится:

Воздушный Кодекс Российской Федерации

Статья 24.1

1. Реализация государственной системы управления безопасностью полетов гражданских воздушных судов обеспечивается в Российской Федерации в соответствии с международными стандартами Международной организации гражданской авиации.

В гражданской авиации, как и в любой другой отрасли, отличие от принятого стандарта является угрозой для обеспечения безопасности. Вместе с многими специалистами и организациями наше агентство неоднократно поднимало вопрос о необходимости приведения к международному стандарту практики установки высотомеров при вылете и прилете. Однако повсеместный переход на использование давления, приведенного к уровню моря по стандартной атмосфере (QNH), во всем воздушном пространстве РФ неоднократно переносился: сначала переход планировался на ноябрь 2014 года, затем — на ноябрь 2016 года, а сегодня про него просто не вспоминают.

На жизненную необходимость использования международных стандартов при установке высотомеров в рамках системы конфиденциальных сообщений на сайте агентства указывали пилоты-инструкторы и вторые пилоты, а начальник инспекции одного из филиалов «Госкорпорации по ОрВД прямо назвал риски при управлении иностранными воздушными судами «неприемлемыми». МКАА «Безопасность полетов» приводило позицию ИКАО и ИАТА, обращалось с письмом к министру транспорта, — но всё безрезультатно. Осознавая угрозу, мы выпустили плакаты-предупреждения на русском и английском языках.

Да, Россия перешла на использование эшелонов полетов ИКАО при полете по маршруту, но при заходе на посадку у нас продолжают действовать правила чуть ли не столетней давности. Ситуация в воздухе примерно такая, как если бы в автомашине по трассе между городами мы ездили с правой стороны, а перед въездом в населенный пункт должны были переходить на левостороннее движение. 

Чего ждем?