Time: «Малайзийский Боинг был сбит в зоне боевых действий над Крымом»

Именно такую информацию вчера опубликовало известнейшее американское издание Time. Дословно:

«Бритиш Эйруэйз и все авиаперевозчики США были среди авиакомпаний, избегавших выполнения полетов над восточной Украиной, когда Рейс 17 Малайзийских авиалиний сбили в прошлом году над зоной военных действий в Крыму» (ссылка на источник).

Можно было бы пройти мимо этой очевидной глупости, но вот что настораживает:

читателям всего мира дают понять, что в Крыму была война, и Боинг сбили именно там.

Политизация расследований авиационных происшествий в последнее время приняла исключительно широкий характер. Боинг, который в прошлом году был сбит не в Крыму, а (если этого не знают в Time) в суверенном пространстве Украины, — это одно из подтверждений того, как политики многих государств начали указывать пальцем в одну сторону еще до того, как была назначена страна, которая будет проводить расследование, до того, как эта страна назначила уполномоченного главного расследователя, до того, как были расшифрованы бортовые самописцы и задолго до того, как расследователи прибыли к месту происшествия. Благодаря политическому вмешательству виновные уже были назначены.

После крушения Ан-12 в Южном Судане англоязычные СМИ запестрели заголовками: «За неделю упал второй российский самолет». Учитывая, что Ан-12 принадлежал не российской авиакомпании, был зарегистрирован не в России, и даже построен был не в России, а в уже не существующем государстве. Но расчет был верным: обыватель ничего этого не знает, вряд ли будет читать статью, но заголовок увидит.

Упавший в Синае самолет действительно эксплуатировался российской авиакомпанией, но был сконструирован в одной европейской стране, построен в другой, зарегистрирован в третьей, а потерпел крушение в Египте, и на момент публикации этого материала еще никем не доказано, что в трагедии виновата Россия. Но то, что окружает расследование, тоже может говорить о вмешательстве политиков в расследование: до результатов расследования еще далеко, но одни политики утверждают, что это был взрыв, а другие — разрушение двигателей. Не участвующие в расследовании аналитические организации заявляют, что владеют исключительно важной информацией в отношении того, что произошло с рейсом, но адресуют ее не расследователям, а средствам массовой информации.

Понятно, что когда случается такое происшествие, для всех вовлеченных в расследование основной приоритет — это защита своих интересов. А вот для безопасности полетов важно собрать вещественные доказательства, получить информацию от средств объективного контроля, определить основную причину происшествия и сопутствующие ей факторы, выявить риски, сформулировать угрозы, дать рекомендации по предотвращению аналогичных событий в будущем и исполнить эти рекомендации на практике. Но часто возникают версии, не соответствующие добытым фактам, предлагается ложная информация, и это отодвигает вопросы безопасности полетов на второй план.

Вот и в этом случае всему миру сначала говорили, что экипаж вышел на связь с диспетчером, запросил посадку на ближайшем аэродроме, что на земле экипаж жаловался на техническое состояние самолета — а потом эти факты не подтверждались. В данном расследовании настолько много противоречивой, разнонаправленной, просто ложной информации, что никакие версии строить на ней просто нельзя. Предложение различных версий — это составная часть каждого расследования, но версии эти должны строиться в рамках проводимого расследования и самими расследователями, а не теми, кто хватается то за одну информацию, то за другую, то за третью.

Россия сегодня заявила о временном прекращении полетов в Египет в качестве меры предосторожности, до выяснения настоящих причин авиационного происшествия. Трудное и вынужденное решение. Говорит ли оно о том, что самолет упал из-за террористического акта? Это станет ясно только после получения объективных, а не «фэйковых», данных в ходе расследования.

Сегодня мы получили сообщение от Джека Эндерса, — нашего коллеги, человека, который в течение длительного времени был президентом Всемирного Фонда безопасности полетов:

«Я обеспокоен общим курсом расследования происшествия с Metrojet. Вмешательство политики и жажда сенсаций, похоже, снова препятствуют четкому процессу, который необходим для определения природы и причин каждого происшествия.

…

Интернет сделал такие события золотым дном для различных новостных агентств международного сообщества, и меня утомляют постоянные «анализы на камеру» и мнения так называемых экспертов, пытающихся объяснить ИХ понимание причины без какого-либо доступа к настоящей информации. Египтяне позволили прессе уйти намного дальше расследователей из-за того, что не проводят частые и регулярные брифинги в отношении новых фактов, добытых в процессе расследования.

Что же касается MH17, то там процесс был настолько непрозрачным, с преждевременными заявлениями и мнениями тех, кто не обладал достаточной квалификацией, что я просто теряю надежду, что настоящую «вероятную причину» когда-либо найдут.

Мое сердце — с семьями погибших в крушении.

Сто лет назад мы бы несколько дней не знали о такой трагедии, и никакие сети не торопились бы с выводами».

Хорошо, что в мире есть люди, которые адекватно воспринимают происходящее и не очень верят СМИ.